«Горячая» Арктика
В июле 2026 года Россия отказалась признать одностороннее расширение границ континентального шельфа США. Президент Владимир Путин на Дне ВМФ заявил, что Земля Франца-Иосифа — «русский архипелаг», а страна намерена защищать свои интересы на Северном морском пути. А СМП, кстати, это кратчайший путь из Азии в Европу. Он может сократить сроки доставки грузов на 10–15 дней и изменить мировые логистические цепочки.
Проводка судов в Арктике.
«США в 2023 году просто объявили о новых границах без согласования, без комиссий, без процедур. Россия возражает по букве закона. Конвенция ООН по морскому праву, которую подписала Москва, требует согласования через специальную комиссию. США этой конвенции не подписывали и действуют в обход механизма», — сказал эксперт Константин Поздняков.
Под дном шельфа лежат полезные ископаемые: нефть, газ, редкие металлы. Но дело не только в сырье. Как отметил эксперт, Владимир Путин на Дне ВМФ говорил прямо, что Северный морской путь — это российский актив. Земля Франца-Иосифа, остров Земля Александры — это наши острова. Послание понял весь мир: Москва готова защищать свои интересы в Арктике всеми средствами.
В ледокольной гонке Россия опережает США. Это признают даже западные эксперты. «У Береговой охраны США в строю сейчас два-три полярных ледокола. Технология, инженерия, кадры — все это нужно создавать с нуля. Даже при огромном финансировании разрыв закрывается медленно», — напомнил Поздняков.
Другой эксперт Михаил Хачатурян приводит цифры, и они впечатляют: «Отечественный ледокольный флот насчитывает 40 судов, включая девять атомных ледоколов, четыре из которых относятся к категории самых мощных в мире. Их атомная энергетическая установка способна генерировать мощность 60 МВт.» Россия остается единственной страной в мире с атомным ледокольным флотом.
У США ситуация иная. Один из тяжелых ледоколов (Polar Star) построен еще в 1970-х, другой в 2024 году вывели из эксплуатации после пожара. Программа замены (Polar Security Cutters) сильно затянулась: первый новый корабль ожидается не раньше 2030-го. В качестве временной меры Береговая охрана ввела в строй коммерческое судно Aiviq как средний ледокол.
Американские ледоколы (их всего 2-3) могут пробивать лед толщиной до 1,2 метра, тогда как российские атомные гиганты легко справляются со льдами до 3 метров. Россия — единственная страна, способная обеспечивать круглогодичную проводку судов по Севморпути.
Какие козыри есть у России в Арктике
Россия активно модернизирует и расширяет инфраструктуру. Она обновляет советские объекты — например, на Земле Франца-Иосифа с радарами и системами противодействия дронам, также на Новой Земле — и строит новые», перечисляет Михаил Хачатурян. Россия последовательно развивает арктические проекты по добыче и экспорту сжиженного природного газа, создавая инфраструктуру для экспорта из Арктики.
У США есть базы на Аляске, в Гренландии (например, Питуффик, важная для систем раннего предупреждения о ракетных пусках), но часть старых объектов пришла в запустение. Сейчас Вашингтон делает ставку на усиление присутствия через партнерство с союзниками — Норвегией, Данией, Финляндией, Швецией после вступления в НАТО.
Атомный ледокол в Арктике.
На закрытых переговорах с Данией и местными властями США добиваются права вето на внешнеэкономическую деятельность Гренландии. Проще говоря, никаких серьезных инвестиций России и Китая на острове.
«Гренландия контролирует подступы к Северной Атлантике и трансполярным маршрутам. Если Вашингтон закроет эту дверь, российский флот будет зажат с запада, что серьезно ограничит маневр», — отметил Поздняков. По его словам, для Москвы это означает, что натовское кольцо замыкается. Западу не хватает ледоколов, опыта, времени. Поэтому он переходит на блокаду стратегических точек.
Советник президента РФ Антон Кобяков ранее объявлял, что Арктика — это примерно 40 процентов водных ресурсов планеты, а абсолютный лидер по запасам пресной воды за полярным кругом — это Россия. Именно поэтому контроль над регионом — вопрос доступа к ресурсам, которых на планете становится все меньше.
Логистика и Севморпуть
Для бизнеса Арктика — это не только геополитика. Эксперт Алексей Дайхин подходит к вопросу прагматично: «Для нас Арктика — это в первую очередь вопрос логистики. Северный морской путь важен не сам по себе, а как возможность выстроить еще один полноценный транспортный коридор, связывающий европейскую часть России, Арктику и Дальний Восток».
Однако одного короткого маршрута на карте недостаточно. Бизнесу нужны регулярность, прогнозируемые сроки и понятная стоимость перевозки. Для этого необходима вся цепочка: ледокольное сопровождение, флот, порты, терминалы, контейнерная инфраструктура, железнодорожные и автомобильные подходы. Только тогда Северный морской путь сможет работать как полноценный логистический продукт.
По его словам, развитие Северного морского пути для России — это не только вопрос международного транзита. Гораздо важнее создать устойчивую внутреннюю транспортную систему, которая позволит надежно снабжать северные территории и одновременно даст российскому бизнесу дополнительный маршрут между западной и восточной частями страны.
«Если эта инфраструктура будет развиваться комплексно, вслед за ней неизбежно будет расти и грузовая база. В логистике сначала нужно создать надежный и понятный сервис — и тогда груз на него придет», — добавил Алексей Дайхин.
По данным Росатома, по итогам 2025 года по Северному морскому пути перевезено более 37 млн тонн грузов — в 10 раз больше, чем десять лет назад. В 2026-м ожидается рекордные 40 млн тонн. За первые пять месяцев объем перевозок приблизился к 14,5 млн тонн, превысив показатели прошлого года на 13%. На середину июля объем грузоперевозок составил 18,8 млн тонн.
Также ожидается более 30 рейсов контейнерных перевозок по Севморпути и практически удвоение объема грузоперевозок КНР по этому маршруту. Год назад состоялся первый в истории человечества транзитный рейс от портов Китая до портов Западной Европы (Великобритании, Нидерландов), который прошел всего за 20 дней.
Поздняков считает, что в ближайшее время компромисса точно не будет — никто не отступит: «Никто не может позволить себе проиграть. Арктика останется точкой напряжения минимум на десятилетие. Может быть, и дольше». Хачатурян отмечает, что США компенсируют пробелы за счет технологий и партнерства с союзниками, но разрыв в инфраструктуре реально велик и требует времени для выравнивания.
Вопрос в том, насколько быстро и эффективно удастся США реализовать эти планы на фоне других глобальных приоритетов. При этом все страны говорят о сотрудничестве, но сами наращивают военную мощь. США строят ледоколы, Россия вводит новые базы, а санкции не мешают ей расширять присутствие в Арктике.
Ирина Ли Источник Публикуется с сокращениями
