
Сотрудник нацпарка «Русская Арктика» у берлоги белого медведя. Фото: А. Ермолин
Современность и традиционное знание
При взаимодействии человека с дикими животными необходимо использовать на современном уровне так называемые «традиционные знания», многими веками выработанные основы локального природопользования. В части животного мира это особенно заметно в домашнем оленеводстве, когда добывающие компании вынуждены вести свои работы на пастбищных территориях.
Но не меньше значат традиции, практические навыки и способы длительного совместного сосуществования с суровой северной природой проживающих здесь коренных народов для того, чтобы современный человек смог удержаться и не разрушить бесповоротно этот хрупкую «вселенную», пытаясь просто привнести своё «городское» представление о её устройстве.
Казалось бы, новые методы научного познания позволяют обойтись без использования «бытового» опыта северных народов. Спутниковые технологии, беспилотные летательные аппараты, химические лаборатории – разве они не могут заменить эмпирику старожилов, передаваемую, к тому же, из уст в уста многие поколения, зачастую без письменной фиксации? Оказывается, нет, не могут.
Например, чукчи имеют целых десять градаций белых медведей по возрасту и по полу и ещё двенадцать – по типу поведения. Традиционные знания отражают физиологическое состояние медведя, позволяют корректировать и поведение человека в момент встречи с животным. Это очень важно, ведь такое подробное деление как раз способствует правильной интерпретации намерений зверя относительно человека.
Интересен аспект выбора одежды для нахождения среди белых медведей. Да, одежда должна быть тёплой и обеспечить возможность длительного нахождения в условиях низкой температуры воздуха и возможного сильного ветра с метелью. Но ещё очень важен выбор её цвета! В какой цвет одеваться, если цель – изучение белых медведей? А во что надо одеть сопровождающего группу туристов сотрудника?
Некоторые советы на этот счёт можно получить из опыта жителей Чукотки. Мы привыкли одеваться либо в цвета, соответствующие окружающей обстановке, либо во что-то яркое, чтобы было издалека видно. Учёный будет стараться надеть маскировочный белый костюм, чтобы не выделяться на фоне льдов и снега. Это, конечно, не будет препятствовать распространению запахов человека, но всё же позволит дольше оставаться незаметным.
Но как на это реагирует белый медведь? Ведь если и туристы также будут незаметны, не приведёт ли это к тому, что белый медведь не обнаружит их заблаговременно? Наверное, надо всех одеть в красное! Мы знаем уже, что белые медведи имеют хорошее зрение, вполне способны различать основную гамму цветов.
Тут на помощь приходит традиционное знание: если одежда красного цвета, то это может ассоциироваться у хищника с кровью, особенно, если человек в такой одежде прилёг или низко присел — значит ранен. Надо, следовательно, избегать такой одежды. Красный или оранжевый цвет вызывает повышенное любопытство к объекту со стороны белого медведя. А вот белый цвет, наоборот, спокойное и даже безразличное.
Ну, а тёмные тона служат причиной осторожного отношения зверя к человеку. Зная такие вещи, уже можно более осмысленно выбрать полярную одежду для той или иной категории людей. Иногда бывают и «попадания» – так, например, в национальном парке «Русская Арктика», не подозревая об опыте северных народов в общении с белыми медведями, с третьей попытки выбрали тёмный цвет одежды для сотрудников.
Меры предосторожности при встрече с белыми медведями

Медведица с медвежатами. Фото: Thomas Sbampato / globallookpress.com
Для людей, находящихся в Арктике, встречи с этими животными не редкость. Эти встречи потенциально опасны, однако вовсе не каждый белый медведь стремится сразу наброситься на увиденного издалека человека. Тем не менее, полезно уметь знать особенности поведения хищников. Конечно, оценить степень угрозы конкретного медведя может либо специалист, либо человек, долгое время живущий среди белых медведей и имеющий опыт.
Такой опыт у чукчей накопился примерно за пару тысячелетий их совместной жизни с белыми медведями, поэтому знать его необходимо. Этот опыт говорит нам без всяких научных статей, что возле источника пищи (выброшенного на берег кита или погибших на лежбище моржей) могут собираться целые группы медведей. Такие агрегации многократно описаны в научной литературе и являются сегодня важной чертой жизни белых медведей.
Белые медведи «предпочитают индивидуальное пространство». Причём оно составляет примерно 15-20 метров, как говорит нам традиционное знание. А поскольку оно сформировалось в ходе непосредственного контакта чукчей со зверями в самых разных ситуациях, то представляется более надёжным верить ему, чем присутствующим в некоторых инструкциях рекомендациям, что уже с 30 метров надо стрелять в зверя.
Отпугивание белого медведя при помощи вытянутой вперёд палки (раньше копья) – традиционный чукотский приём. Опыт говорит, что при приближении зверя нельзя убегать, кричать. Нужно стоять неподвижно. Ну, и поднять вверх то, что есть в руках. Нет ничего – поднимайте вверх руки. Почему так надо себя вести? Ответ довольно прост: «При встрече медведей происходит проверка доминированием. Медведи всегда блеф-атакуют».
Вот и демонстрация человеком себя в виде более высокого и крупного объекта может предотвратить нападение и остановить белого медведя, который видит, что перед ним явно «доминирующее» существо. Этим приёмом активно пользовались работники заповедника «Остров Врангеля», которые много времени проводили с местными жителями и знали их приёмы. Метод «большой дубины» отлично применим в опытных руках.
Табу при добыче медведей

Медвежья семья.
Несмотря на то, что белые медведи были объектом охоты и источником пропитания для чукчей, было несколько ограничений на этот процесс.
Вот эти «семь строгих табу» (из книги Владилена Кавры «Род белого медведя, 2016):
⦁ Нельзя добывать медведиц с медвежатами. Разбивать семью, убив одного медведя.
⦁ Нельзя добывать медведиц в берлогах. Как у людей, берлога – жилище белых медведей.
⦁ Нельзя одному семейному клану добывать более одного белого медведя в течение двух-трёх лет.
⦁ Нельзя добывать животных семьям, имеющим грудных или малолетних детей.
⦁ Нельзя добывать медведей с человеческим поведением (зевает, прикрывает лапой морду, играет и т. д.).
⦁ Нельзя добывать медведей в летний период. Достаточно другой пищи. Ворс на шкуре в это время линял и был очень редким.
⦁ Были ограничения на добычу у семей с медвежьим родом. Например, существовала строгая очередность добычи медведя во всём семейном клане.
Коренные жители считали берлогу белых медведей домом. Добыча медведиц в берлогах строго воспрещалась! О нахождении берлог всегда сообщали охотникам, эти места они объезжали стороной. Были и исключения: добыть медведя летом разрешалось в случае болезни родственника.
Дух убитого медведя (или усопшего родственника) до 2-3-х лет жил в природе, являясь духом-хранителем семьи. Это время считалось периодом ожидания переселения духа-хранителя человеку или животному, поэтому нельзя было убивать медведя. Душа медведя имела родственную связь с какой-то семьей:
Нельзя было добывать животных семьям, имеющим малолетних детей. Душа маленьких детей очень уязвима. Во сне ребенок мог сильно испугаться, увидев духа убитого медведя и покинуть тело или наоборот, дух убитого медведя мог позвать и увести (похитить) душу ребенка. В этот период матери не стригли свои волосы и перед сном всегда их распускали. Считалось, что в момент опасности волосы запутывали и удерживали душу ребенка.
И пока «цивилизованный белый человек» не пришёл в Арктику, за судьбу медведей можно было не беспокоиться, северные народы жили с ними в относительно гармоничном состоянии. Но, увы, как только шкуры белых медведей попали на рынки Европы и Америки, начался безудержный промысел этого вида. Погоня за деньгами быстро привела к тому, что традиционные знания были забыты или воспринимались как «пережитки прошлого».
Белых медведей стреляли везде и всегда без счёта, родовые берлоги безжалостно раскапывались, медвежат забирали, а медведиц убивали на месте. Даже многие коренные жители, забыв заповеди предков о добыче только одного зверя, приняли участие в этом процессе. К чему это всё привело, известно очень хорошо: к 1956 году в Советской Арктике белых медведей стало настолько мало, что пришлось вводить абсолютный запрет на их промысел.
Иван Мизин Источник Публикуется в сокращении